Раз в пару месяцев приходит письмо, которое начинается примерно одинаково.
«У нас уже есть родословная книга. Купили на юбилей маме. Красивая, лежит в шкафу. Заполнили первые четыре страницы и остановились».
Дальше по-разному. Кто-то пишет, что не смог втиснуть свою семью в готовые графы. Кто-то — что жалко портить красивую вещь черновиком. Кто-то честно признаётся: открыл, увидел разворот с надписью «Мой прадед по отцовской линии», понял, что не знает о нём ровным счётом ничего, и закрыл.
Я не считаю, что эти люди купили что-то плохое. Я считаю, что они купили другое.
Об этом и хочу поговорить — без ругани в чью-либо сторону. Готовые родословные книги делают нормальные люди, и у них своя работа. Просто эта работа отличается от нашей сильнее, чем кажется по фотографиям в интернете.
Если коротко: готовая родословная книга отвечает на вопрос «куда записать», а книга под конкретный род — на вопрос «что именно у нас есть». Первая приходит с придуманной за Вас структурой, вторая проектируется от того, что в семье сохранилось. Ниже — чем они отличаются по материалу, по устройству блока и по тому, что с ними будет через двадцать лет.
Два разных предмета под одним названием
Слово «родословная книга» сегодня означает две несовместимые вещи.
Первое — изделие с готовой структурой. Разработан макет: страницы под древо, графы под имена и даты, поля «место рождения», «место венчания», разделы по поколениям. Отпечатан тираж. Книга приходит к Вам законченной, и Ваша задача — вписать себя в подготовленные места. Часто прилагается диск или файл с шаблонами оформления.
Второе — книга, сделанная под конкретный род. Обложка, блок, объём, разбивка — всё считается от того, что у семьи есть и что она хочет сохранить. Сначала выясняется, о чём книга: о четырёх поколениях по одной линии или о жизни одного человека. И только потом кроится кожа.
Первое — товар. Второе — работа. Это не оценка, это разные производственные логики, и из них следует всё остальное.
Материал: где расходятся дороги
Начну с того, что проверяется руками.
Тиражная книга должна стоить столько, чтобы её купили как подарок. Отсюда материалы: переплётный картон, обтяжка кожзаменителем — иногда честно так и написано в описании, иногда там стоит «экокожа» или «кожзам итальянского производства», что звучит солиднее, но означает ровно то же. Тиснение делается на прессе один раз для всего тиража.
Это не обман. Это арифметика: настоящая кожа на тираж в тысячу экземпляров сделает книгу неподъёмной по стоимости.
Мы работаем с крастом — верхним слоем телячьей кожи растительного дубления, без финишной плёнки. Он живой: впитывает масло и воск, темнеет в местах, где его держат руки, набирает патину. Через двадцать лет он будет выглядеть лучше, чем сегодня.
Кожзаменитель через двадцать лет выглядит иначе. Полимерное покрытие стареет своим порядком: сначала мутнеет, потом трескается по сгибам, потом отслаивается от основы. Как быстро — зависит от качества, условий, влажности. Но направление одно.
Разница видна не в день покупки, а в тот день, когда книгу возьмёт в руки внук.
О том, как отличить одно от другого прямо в магазине, — отдельная статья.
Блок: главное отличие, о котором не пишут
Материал — заметнее. Но по-настоящему решает не он.
Готовая книга приходит с уже придуманной структурой. Кто-то до Вас решил, что Ваш род устроен так: столько-то поколений, такие-то графы, эти данные важны, а эти нет.
Иногда совпадает. Часто нет.
У одной семьи вся история — по материнской линии, потому что по отцовской ничего не сохранилось. У другой основное — не древо, а тридцать лет писем. У третьей — жизнь одного человека, деда, который прошёл войну и построил дом, и книга должна быть о нём, а не обо всех сразу.
Мы тоже делаем книги для самостоятельного заполнения — и это, наверное, главное, что стоит понять правильно. Мы не пишем текст за Вас. Но и не запираем в чужие рамки.
Названий у этих форм нет, и выбирать из списка не придётся — всё решается в разговоре. Но на практике получается примерно так:
Мемуары. Свободный рассказ от первого лица. Человек пишет свою жизнь так, как рассказывал бы её за столом. Ни граф, ни дат — только повествование, разбитое на главы.
Генеалогия. Строгая книга с архивными данными: поколенная роспись, метрические записи, документы, ссылки на источники. Формат для тех, кто заказал исследование или ведёт его сам.
Семейные истории. Свободная форма посередине: истории, факты, снимки, письма, рецепты, приметы — то, что не укладывается ни в графы, ни в связный текст, но обязано остаться.
Смешанная. Чаще всего выбирают именно её: первая часть — роспись и даты, вторая — рассказы, третья — пустые листы на будущее.
Разбивка страниц, количество листов, ширина полей под рукописный текст, места под фотографии считаются от выбранного. Книга подстраивается под род, а не род под книгу.
Надпись на обложке — тоже разговор, а не выбор из списка. Иногда просят не тиснить вообще ничего: только кожа и её собственный рисунок. Иногда — нейтральное древо. Иногда слово, которое определяет, чем книга станет: «Родовая книга», «Книга Рода», «Мемуары», «Истории рода», «Семейные истории». Бывает «Стихи» или «Поэзия» — и такая книга тоже становится семейной реликвией, просто другого рода. А если у семьи есть герб, монограмма, фамилия или инициалы, они встают на обложку вместо слова или рядом с ним.
Тираж и единственный экземпляр
Тиражная книга существует в тысяче одинаковых копий. Ваша фамилия вписана от руки, но сам предмет — общий.
Это неплохо. Многие вещи в доме тиражные, и никто от этого не страдает.
Но родовая книга — предмет с особой задачей. Её смысл в том, чтобы через сто лет её взяли и поняли: это про нас. Единственность здесь не про тщеславие, а про адресность.
Поэтому в каждое изделие мы вкладываем памятку о коже: из какого слоя шкуры сделана эта вещь, почему её текстура не повторится нигде и как за ней ухаживать. Это не сертификат и не гарантийный талон — короткий рассказ о материале, который остаётся с книгой и переходит вместе с ней.
А если у семьи есть герб, монограмма или своя надпись, под них делается клише — чаще магниевое, латунное реже. Оно годится только для Вашего знака и больше ни для чего. Обычно клише остаётся в мастерской, и это не жадность: через полгода, через год, через два люди возвращаются — за вторым томом, за папкой в пару к книге, за альбомом с тем же знаком. Когда клише уже есть, работа идёт быстрее и обходится дешевле. Но если хотите забрать его вместе с заказом — упакуем и отдадим. Знак Ваш.
Кому что подходит
Не буду делать вид, что ответ всегда один.
Готовая книга подойдёт, если:
- Вы только начинаете и не знаете, во что это выльется;
- нужен подарок к дате, а до даты две недели;
- бюджет ограничен, а начать хочется сейчас;
- Вам, наоборот, легче писать в готовые графы, чем на чистый лист.
Последний пункт — не шутка. Чистый лист парализует. Готовая структура снимает страх начала, и для многих это решает.
Своя книга нужна, если:
- материал уже собран, и он не помещается в стандартные разделы;
- по одной из линий пусто, а по другой — на три тома;
- книгу делают не для себя, а на несколько поколений вперёд;
- за спиной уже есть архивное исследование;
- принципиально важно, из чего сделана вещь.
Что делать, если готовая уже куплена
Совет, которого от меня обычно не ждут: не выбрасывайте её и не считайте потерянными деньгами.
Сделайте из неё черновик.
Заполняйте карандашом. Пишите как попало, зачёркивайте, вкладывайте распечатки, клейте стикеры. Пусть она станет рабочей тетрадью рода — местом, где материал собирается, а не хранится.
Так работает любое ремесло: сначала эскиз, потом чистовик. Никто не режет кожу по первому наброску.
А когда материала наберётся столько, что он перестанет помещаться, — тогда и решите, нужна ли Вам книга под этот материал. Может, окажется, что не нужна. Тоже нормальный итог.
К нам чаще всего приходят именно так: не «хочу красивую книгу», а «у меня накопилось, и я не знаю, куда это деть».
Как выбирать, если решили заказывать
Четыре вопроса — любому мастеру, включая нас.
Из чего обложка? Ответ «натуральная кожа» — не ответ. Уточните: какой слой, какое дубление, есть ли полимерное покрытие. Мастер, который работает с настоящей кожей, ответит с удовольствием и подробно.
Как сшит блок? Тетради, прошитые вручную, живут дольше клеевого корешка. Клеевой блок рассыпается через десятилетия — это видно на любых книгах семидесятых годов.
Что с бумагой? Плотность, состав, реакция на чернила. Бумага с высокой кислотностью желтеет и хрупнет; для книги, рассчитанной на сто лет, это важнее обложки.
Можно ли изменить структуру? Если ответ «у нас стандартный макет» — Вы снова покупаете тираж, просто дороже.
Так в чём разница
Если совсем коротко: готовая родословная книга отвечает на вопрос «куда записать», а книга под род — на вопрос «что именно у нас есть».
Первый вопрос решается покупкой. Второй — разговором, иногда долгим, и он начинается задолго до того, как я беру в руки нож для раскроя.
Собственно, поэтому мы никогда не начинаем с обложки.
Если у Вас накопился материал и Вы не знаете, во что его собрать, — напишите мне. Разберём, что у Вас есть, и я скажу честно, нужна ли Вам книга вообще или пока достаточно папки и сканера.
— Кирилл Коноплицкий, основатель мастерской
Если разделы пугают именно тем, что их придумали за Вас, — начните не с книги, а с разговора. Мы собрали вопросы в игру: «Архитектура рода». За несколько вечеров набирается тридцать-сорок собственных историй, и книга потом пишется по ним, а не по чужому оглавлению.
Коротко: частые вопросы
Чем родовая книга отличается от готовой родословной книги?
Готовая книга приходит с уже придуманной структурой: разделы, графы, поля под имена и даты, одинаковые для всех покупателей тиража. Книга под конкретный род проектируется от материала семьи: сначала выясняется, о чём она — о четырёх поколениях, об одном человеке или о тридцати годах писем, — и только потом определяются объём, разбивка и переплёт. Первое отвечает на вопрос «куда записать», второе — «что именно у нас есть».
Можно ли заполнять родовую книгу самостоятельно?
Да, книги делаются именно для самостоятельного заполнения. Форма выбирается под материал и решается в разговоре: мемуары от первого лица, строгая генеалогия с архивными данными и ссылками на источники, свободная форма семейных историй или смешанный вариант — роспись, рассказы и пустые листы на будущее. Готовых граф, в которые надо вписываться, нет.
Что делать, если готовая родословная книга уже куплена?
Использовать её как черновик. Заполнять карандашом, зачёркивать, вкладывать распечатки и стикеры — пусть она станет рабочей тетрадью, где материал собирается. Когда собранного станет больше, чем помещается, будет видно, нужна ли книга под этот материал. Так работает любое ремесло: сначала эскиз, потом чистовик.