Личное письмо от Кирилла Коноплицкого, основателя FORRESTLAB.
FORRESTLAB читается как «Форрестлаб», а иногда пишут «Форест Лаб». Forrest — лес, lab — лаборатория: лесная лаборатория семейных историй под Тарусой.
Глава 0 · Архив
Промо-видео артели «Делаем Подарки», 2018. Старое имя той же мастерской — до перехода в FORRESTLAB.
Глава 1 · Где мы
Мы живём и работаем в лесу под Тарусой. Это маленький городок в Калужской области, на правом берегу Оки. Сто километров от Москвы, полтора часа на машине. Сюда не приезжают случайно. Дорога заставляет принимать решение: ехать или нет, готов ли я к разговору, точно ли мне это нужно.
Мастерская стоит в окружении сосен и дубов. Зимой здесь снег по колено и тишина, в которой слышно, как трещат поленья в печи. Летом — заросли крапивы за порогом, грибы у крыльца, дятел стучит в сосну напротив окна. Анна давно мечтала переехать в лес, я согласился не сразу, но сейчас не представляю, как бы я работал в городе.
Есть у нас и второй лес, из окна его не видно. На обложках альбомов и родовых книг нас снова и снова просят сделать древо — оттиснуть по коже или сделать из латуни. За годы таких деревьев разошлось по семьям немало. Об этом я написал отдельно: «Лес, которого не видно из окна».
Глава 2 · Кто мы
В мастерской работают трое — я, Андрей и Анна. Это и есть всё семейное предприятие FORRESTLAB.
Я — Кирилл. По первому образованию я дизайнер, а по второму керамист, шесть лет учился в институте на отделении декоративно-прикладного искусства. С 2007 года я делаю что-то руками для других людей. Сначала я работал и с кожей, и с керамикой параллельно. Потом всё же остановился на переплётном деле (фотоальбомы, книги, фоторамки). Кожа стареет, вбирает свет, темнеет на сгибах, помнит руки, которые её трогали. Из всех материалов, с которыми я работал, кожа — самый честный.
Андрей — мой подмастерье и правая рука. Мы вместе уже больше десяти лет. Он выполняет почти всю техническую ручную работу — раскрой, сшивку, тиснение, монтаж фурнитуры. Я лично включаюсь только на сложных этапах, когда нужно освоить новую технику или принять решение, которое определит характер изделия. Андрей уже член семьи, не сотрудник.
Анна — моя жена и сооснователь мастерской. Она бренд-менеджер и дизайнер интерьеров (у неё свой проект — forrest-interiors.ru). Анна — вдохновение и компас FORRESTLAB. Когда я сомневаюсь в концепции или теряюсь в правках, я иду к ней. Она видит то, что я перестал видеть. Юридически мастерская оформлена на неё — индивидуальный предприниматель Коноплицкая Анна Николаевна.
В семье растут две дочери — Лиза и Ева . Лиза часто помогает Анне с упаковкой и отгрузкой готовых изделий. Ева пока больше играет, но любит сидеть на верстаке и наблюдать. Я не давлю на детей с «приобщением к ремеслу». Если им будет интересно — выберут сами.
И ещё в семье есть Бакс. Пёс. Пришёл к нам сам и выбрал остаться. Никаких документов, никакой породы. Умный, добрый и настоящий защитник нашей территории. Лежит на входе в мастерскую и смотрит через стеклянные двери, как мы работаем.
Глава 3 · Что мы делаем
Мы создаём кожаные артефакты, которые передаются через поколения.
Если короче — родовые книги, кожаные фотоальбомы, ларцы для семейных реликвий, фоторамки, папки. Если ещё короче — наследие.
Нам не нравится слово «продукт» и не нравится слово «товар». Мы не делаем вещи на полку магазина. Каждое изделие — индивидуальное, под конкретного человека и конкретную историю. У нас нет каталога, в котором можно «выбрать готовое». У нас есть архив реализованных проектов, по которому Вы можете понять, что я умею. Но Ваше изделие будет другим.
Дополнительно мы разрабатываем фамильные гербы и авторские монограммы — и материализуем их на коже, в латуни и в графике. Это отдельное направление, которому посвящена страница Геральдика.
Глава 4 · Почему пятьдесят
Мы намеренно не масштабируемся.
Пятьдесят изделий в год — это всё, что мы можем сделать втроём, не теряя качества. Это решение я принял в 2018 году, когда у нас был один из самых успешных финансовых годов — и одновременно самый тяжёлый. Мы делали по восемь альбомов в месяц, не помнили лиц заказчиков, бросались на любые правки, лишь бы успеть. К декабрю я понял, что не помню ни одного проекта в подробностях. Они слились в конвейер.
Это противоречило всему, ради чего я начинал FORRESTLAB.
Я ограничил себя пятьюдесятью изделиями в году. Это значит — около одного в неделю. Часть этих недель уходит на сложные проекты по два-три месяца. Часть — на быструю работу, фоторамку или малую папку. На сайте есть счётчик, который показывает, сколько изделий мы уже сделали в текущем году. Когда счётчик достигает 50 — мы записываем в очередь следующего года.
Это ограничение защищает мастера от выгорания. И защищает Вас — от случайной вещи, сделанной торопливой рукой.
41 / 50
изделий в этом году
Глава 5 · Сколько это стоит
Стоимость зависит от изделия, материалов и сложности проекта. Минимальные ориентиры:
| Артефакт | Стоимость от |
|---|---|
| Фоторамка | 8 000 ₽ |
| Папка | 15 000 ₽ |
| Книга-шкатулка | 40 000 ₽ |
| Фотоальбом | 30 000 ₽ |
| Авторская монограмма | 12 000 ₽ |
| Фамильный герб (графика + материализация) | 40 000 ₽ |
| Родовая книга | 40 000 ₽ |
| Родовой ларец | 80 000 ₽ |
Это минимальная отметка. Реальная стоимость всегда обсуждается в переписке после того, как Вы рассказали мне идею. Я не люблю торговаться, но и не люблю продавать дорого без объяснений. Если что-то выходит за бюджет, я честно говорю, что можно убрать без потери смысла.
Полные условия работы — оплата, сроки, доставка, конфиденциальность — на отдельной странице.
Глава 6 · Чем мы отличаемся
Когда меня спрашивают, в чём наша уникальность, я отвечаю не сразу. Это вопрос, на который трудно дать короткий ответ — потому что весь мой подход и есть ответ.
Но если коротко:
Мы делаем мало. Пятьдесят изделий в году. Каждое сделано вручную.
Мы делаем своё. У нас есть много своих фирменных техник. Например, «Древо Дум» — витражное стекло, вмонтированное в кожаную обложку, с подсветкой изнутри. Этого нет ни у кого в России (и, насколько я знаю, в мире).
Мы работаем с материалом, который помнит. Итальянский краст, состаренный вручную. Латунь, патинированная вручную. Сургуч, какой Вы помните в детстве на почте. Бумага, состаренная чаем и временем или тонированная в массе и отлитая вручную немецкой мануфактурой.
Мы пишем словами, а не штампуем шаблонами. Каждый разговор с клиентом — индивидуальный, без скриптов и автоответов. Я читаю каждое письмо и каждый раз придумываю новые концепты на основе нашего диалога.
Мы не продаём — мы передаём. Каждое изделие я лично передаю в руки заказчика — в Серпухове или Тарусе, если у Вас есть возможность приехать. Или надёжно пакуем и отправляем Вам через СДЭК до удобного Вам пункта выдачи.
Глава 7 · С кем мы работаем
За девятнадцать лет мы сделали изделия для:
- частных коллекционеров и собирателей
- семей, передающих историю детям
- корпораций (Сибур, Тинькофф, ФЭСТ Мурманск, Платинум, Хотел Ямбург, Бизнес-зал Шереметьево VIP)
- музеев (Херсонес Таврический и другие)
- государственных учреждений (Югорский университет, Общероссийский профсоюз образования)
- культурных проектов (Карго-фильм, разные кинокомпании)
Полный список партнёров и часть отзывов — в Круге доверия.
Глава 8 · Где нас не найдут
(и единственное исключение)
Мы сознательно не работаем в массовом сегменте. Наша философия остаётся неизменной:
- Мы не штампуем изделия для маркетплейсов.
- Мы не участвуем в рекламных гонках и не делаем скидок.
- Мы не предлагаем «базовые пакеты» с фиксированной стоимостью.
- Мы не пишем бессмысленные тексты просто ради того, чтобы алгоритмы выводили нас в топ по запросу «купить кожаный фотоальбом».
- Мы вообще не любим слово «купить». В FORRESTLAB ничего не покупают. У нас заказывают — потому что создание фамильного артефакта требует времени, диалога, понимания и выбора.
Но жизнь бывает стремительна. Иногда важная дата, юбилей или критически значимая встреча наступает уже завтра. И Вам экстренно нужен уникальный, статусный подарок.
Для таких исключительных случаев у нас появилось единственное официальное представительство в Москве. Это не просто посредник, а салон нашего доверенного партнёра — Галерея ЛюксПодарки.
Это единственная офлайн-локация, где часть наших артефактов выставлена вживую. Сюда можно приехать, чтобы лично прикоснуться к вещам, которые мы создаём. Снять с полки тяжёлый переплёт, провести рукой по фактуре патинированной телячьей кожи, почувствовать вес латуни и вдохнуть запах дерева и воска, привезённый прямо из нашей мастерской.
В московской галерее представлена базовая, неперсонализированная коллекция наших работ:
- Массивные кожаные фотоальбомы
- Альбомы для нумизматов
- Чистые книги для мемуаров и записей
- Кабинетные фоторамки
- Кожаные ежедневники
Да, забирая готовый артефакт сегодня, Вы отказываетесь от глубокой персонализации — мы не сможем за один день оттиснуть Ваш фамильный герб или встроить портретную линзу. Но Вы гарантированно получаете бескомпромиссное качество FORRESTLAB. Это по-прежнему вещь, собранная нашими руками, без спешки, с тем же уважением к материалу и будущим поколениям, которым предстоит хранить эту историю.
Глава 9 · Философия
В основе нашей работы — два японских принципа, которые я когда-то обнаружил в книгах и узнал в них себя.
Ваби-саби — эстетика несовершенства и времени. Никакая вещь не должна быть идеально гладкой, идеально симметричной, идеально новой. Настоящая красота появляется тогда, когда материал начинает жить, патина оседает на латуни, сгибы темнеют от рук, страницы желтеют от воздуха. Время — не враг изделия, а его соавтор.
Монодзукури (物づくり) — буквально «создание вещей», но в японском смысле — пожизненное совершенствование одного ремесла. Не «пилить три направления одновременно», не «масштабироваться по горизонтали», не «диверсифицироваться». Делать одно дело, делать его всю жизнь, и каждый год чуть лучше, чем в прошлом.
Эти два принципа объясняют, почему я не делаю станочный массовый продукт, не открываю филиалы и не ищу инвесторов. У меня есть мастерская, у меня есть Андрей, у меня есть Анна и дети. У нас есть пятьдесят изделий в году. Этого достаточно.
Подробнее об этом — в эссе «Ваби-саби и монодзукури».
Глава 10 · Если Вы хотите написать
Я читаю каждое письмо лично. Не существует «администратора», «менеджера», «куратора», который бы фильтровал мою почту. Если Вы пишете на kirill@forrestlab.ru — Вы пишете мне. Я отвечаю в течение одного-двух дней.
Если Вам удобнее — заполните форму обращения. Там я задаю несколько уточняющих вопросов, которые помогут мне сразу понять Ваш запрос лучше.
Если Вы хотите приехать в мастерскую — это можно. Дорогу подскажу после первого письма. Заранее предупреждаю: место не парадное. Это рабочая мастерская в лесу. Здесь нет переговорной с кофе-машиной. Зато есть печь, чай и собака.
Иногда я приезжаю в Москву — на передачу заказа, на встречу с клиентом, на интервью. Мы можем встретиться в Серпухове или Тарусе — это для нас удобнее.
С уважением,
Кирилл Коноплицкий,
основатель мастерской FORRESTLAB
Где находится мастерская?
Мастерская работает в лесу под Тарусой, в Калужской области. Раньше она была в Серпухове — по старому адресу нас до сих пор ищут. Точный адрес я сообщаю лично: приехать можно по договорённости, самовывоз тоже. Отправляем по всей России службой СДЭК. Можно заранее рассчитать стоимость доставки до Вашего города.
Что такое FORRESTLAB?
FORRESTLAB — семейная мастерская под Тарусой, основана Кириллом Коноплицким в 2007 году. Делает на заказ родовые книги, кожаные фотоальбомы, ларцы и фоторамки и разрабатывает для них фамильные гербы и монограммы. Около пятидесяти вещей в год; каждая придумывается под одну семью, коллекцию или компанию.
Как идёт заказ и сколько он занимает?
Сначала разговор с Кириллом, затем две-три концепции; первый эскиз бесплатно. Фоторамка готова за пять дней, книга или альбом — от двух недель. Фотографий по ходу работы мастерская не присылает: готовая вещь показывается на снимках перед отправкой. Доставка — СДЭК по России, из рук в руки вещь передаётся в Серпухове.
Что о мастерской снимали и где это посмотреть?
В 2024 году канал «Румтурист» снял о доме и мастерской фильм на сорок пять минут. В 2016 году Кирилл Коноплицкий дал интервью телеканалу ОТР. Обе записи — на странице «Газета».
Почему мастерская называется FORRESTLAB?
Forrest — лес: мастерская стоит в лесу под Тарусой. Вторая буква R даёт игру слов for rest, «для покоя». Lab — лаборатория: место, где экспериментируют и изобретают новое. Третий смысл появился сам: на обложках семейных альбомов и родовых книг снова и снова просят родовое древо — всем понятный символ рода и семьи. За годы из таких деревьев вырос свой лес. Об этом — эссе «Лес, которого не видно из окна».